Ваганьковское. Песни

Начало публикации читать здесь - "Вадим Туманов: советский Монте-Кристо"

25 января 2016 года. В этот день Владимиру Высоцкому исполнилось бы 78 лет.

По традиции на Ваганьковское кладбище Москвы приходят сотни почитателей его таланта. Приносят свежие цветы.

Читают его стихи, свои о нем. Поют песни. И Высоцкого, и свои о нем. Невзирая на морозную погоду. Сегодня с утра - минус пятнадцать.

 

Здесь постоянно живые цветы

Здесь постоянно живые цветы

 

Чуть помедленнее кони, чуть помедленнее!

Вы тугую не слушайте плеть!

Но что-то кони мне попались привередливые,

И дожить не успел, мне допеть не успеть.

 

Несут ему цветы не только в день рождения

Несут ему цветы не только в день рождения

А это уже песня Вилли Токарева:

На Ваганьковском кладбище похоронен поэт.

До сих пор мне не верится, что его уже нет.

Говорил он стихами, как никто никогда,

И такое сказал бы, да случилась беда.

Его песни знают и поют

Его песни знают и поют

Ну, как много все же знает песен Высоцкого этот парень с гитарой. А вот и его "Сентиментальный боксер":

Но думал Буткеев, мне челюсть кроша:

"И жить хорошо, и жизнь хороша!"

Но мало кто знает, кому Владимир Высоцкий посвятил эту песню.

Приехал Вадим Туманов. Сразу к нему устремились телевизионщики, фотографы. Потянулись и другие.

Вадим Туманов на Ваганьковском

Вадим Туманов на Ваганьковском

 

Удар! Еще... Второй удар не нужен...

Вадиму Туманову, как правило, второй удар был не нужен. Противник был "обесточен" первым же хуком правой или левой.

Он начал заниматься боксом, чтобы не проигрывать. Такое было время, таким был и характер Вадима. Он не был вышибалой, громилой. Но что-то разящее было спрятано в его кулаках, его характере.

Туманов (слева) с чемпионом Японии Мори, 1947 г

Туманов (слева) с чемпионом Японии Мори, 1947 г

В 16 лет он был членом сборной Тихоокеанского флота. В 20 - кулаки привели Туманова в лагеря.

И еще любовь к Есенину и песням Вертинского.

На политзанятиях чем-то ему не понравился преподаватель. Долго не говоря, он врезал оппоненту своим коронным. Падая, тот порвал портрет Иосифа Сталина. Это было уже слишком.

Туманов дослужился к тому времени до четвертого помощника капитана парохода, осуществляющего загранплаванье. При обыске в каюте нашли томики запрещенных Есенина, пластинки Вертинского, Лещенко.

Пока туда-сюда Туманов успевает свернуть скулу старшему надзирателю (неслыханное дело!) И пошло- поехало.

Набегал и срок. Вот уже и 25-ть. Больше не давали.

Зато Туманов давал. Всем, кто вставал на его пути. И зекам-сукам, и надзирателям, и бригадирам, и комендантам, и нарядчикам...

Как то он схлестнулся с бригадиром-беспредельщиком. Тот резко развернулся навстречу Туманову. Вадим, зная, что у того в руке нож, бьет первым левой. Бригадир падает, лицо в крови.

- Чем ты его ударил? - спрашивает подоспевший старший надзиратель.

- Рукой.

- Ни, нэ рукой. Цэ гирей. Ты куда гирю спулив? - настаивал надзиратель, имея в виду свинчатку или кастет.

Туманова ввели в надзирательскую. Допрос продолжался.

- Рукой так не ударишь. Скажи, что у тебя было?

- Смотри, начальник.

Туманов бьет голой рукой в большую печь из кирпича. Кулак проломил кирпичную кладку, из дыры повалил дым.

Об этом и других эпизодах своей бойцовской биографии в колымских лагерях Туманов и рассказывал Высоцкому по его просьбам.

А заключённый Туманов - низкорослый, с прошибающим насквозь кладку печи кулаком - даже в лагере, как мантру, повторял:

Каким бы великим ни был человек, если в нём нет доброты, он - неполноценен.

Так и получилась эта песня. Песня Высоцкого "Сентиментальный боксер". Послушайте:

Читать продолжение - "Русский характер Туманова"

1 1 1 1 1 1 1 1 1 1 Рейтинг 5.00 (4 оценок/-ки)

Вы не являетесь пока Членом нашего Клуба! И комментировать на сайте Вам пока не положено!