18 ноября 1941 года. План наступления 60 ТД в боях за деревню Кострино

Читать предыдущую часть материала - "Условия местности и силы сторон в начале боев за Кострино в ноябре 1941 года"

В целом ряде предыдущих материалов я изложил уже тексты найденных оригинальных архивных материалов того времени, которые и послужили мне основной базой для воссоздания обстоятельств хода боев 60 танковой дивизии в районе тихвинской деревни Кострино. В этом же материале постараюсь свести всю имеющуюся информацию воедино и представить мою версию военных планов командования 60 танковой дивизии по наступлению на Кострино именно 18 ноября 1941 года...

 

Итак, достоверно известно, что в ходе ожесточенных боев еще 15 ноября 1941 года мотострелковых частей 60 танковой дивизии совместно с кавполками 27 кавалеристской дивизии за деревню Плесо, расположенную менее чем в одном километре от деревни Кострино, 60 ТД понесла существенные потери.

Только в 60 мотострелковом полку, например, убитыми и ранеными было потеряно 100 человек. Потери 121 танкового полка и 60 артиллерийского полка 60 танковой дивизии за 15 ноября 1941 года были не столь высокими (убитыми в двух частях было потеряно 2 человека, а ранеными - 12 человек; еще один воин пропал без вести) по причине того, что эти части не принимали еще активного участия в боях за Плесо, не завершив к тому моменту полное развертывание на начальных рубежах для наступления и не поддержав должным образом атаку мотострелков 60 МСП.

Согласно "Журналу боевых действий" 60 танковой дивизии, к утру 15 ноября 1941 года в районе урочища Савино, которое находится недалеко от деревни Городище (и все еще в 1,5 километрах от деревни Плесо), сосредоточилась только ЧАСТЬ машин 2 и 3 батальонов 121 танкового полка - всего 9 танков (скорее всего Т-26), из которых 4 были огнеметными. А еще 10 танков этого полка находились все еще на марше Смолино - Низовье, т. е. в десятке километров от окрестностей деревень Плесо и Городище.

А 60 артиллерийский полк (60 АП) 60 танковой дивизии занимал к началу боев за Плесо 15 ноября 1941 года огневые позиции в районе того же урочища Савино "ЗА ТАНКАМИ в готовности поддержать их атаку..."

Так что атаковать и брать деревню Плесо 15 ноября 1941 года предстояло мотострелкам 60 МСП 60 танковой дивизии и кавполкам 27 кавалеристской дивизии практически без поддержки танков и после часовой артиллерийской подготовки и 10-ти минутного артиллерийского налета. Такой характер атакующих действий привел к очень серьезным потерям в составе стрелковых батальонов - в 60 МСП, например, было убито и ранено 100 человек. Хотя и в 121 танковом полку этой же танковой дивизии по результатам боев 15 ноября 1941 года был "... убит 1 человек, ранено 2 человека, подбит 1 танк и сгорел другой", а в 60 артполку была "... выведена из строя одна 45 мм пушка (прямое попадание), убит 1 человек, ранено 10 человек..."

Но, тем не менее, по результатам боев за Плесо 15 ноября 1941 года части и соединения 60 танковой дивизии (в первую очередь батальоны 60 мотострелкового полка) вышли на рубежи "... в 900 метрах южнее и юго-восточнее Кострино..."

Уже на следующий день после взятия Плесо, то есть 16 ноября 1941 года, и, пытаясь развить первый достигнутый успех, части 60 танковой дивизии начали вести атакующие действия уже в направлении деревни Кострино. Но "... встреченные огнем до двух батарей минометов, до одной батареи артиллерии и автоматов с пулеметами, не продвинувшись вперед, остановились на ранее достигнутом рубеже".

Итак, яростная лобовая атака на деревню Кострино "по инерции" (сразу же после взятия Плесо) частей 60 ТД в течение 16 ноября 1941 года успеха не имела. И в результате "... в течение 17 ноября части дивизии вели подготовку для дальнейшего наступления. Противник упорно оборонял Кострино, проникая отдельными мелкими группами автоматчиков вглубь леса и тылы наших частей, создавая видимость окружения..."

Вечером 17 ноября 1941 года (в 19:00) командир 60 танковой дивизии принял решение начать наступление на Кострино уже утром (в 07:00) следующего дня - 18 ноября 1941 года. И к этому моменту, помимо второго и третьего стрелковых батальонов 60 МСП (без одной стрелковой роты, оставленной в резерве), в наступательных действиях на Кострино должны были уже АКТИВНО участвовать (по сути дела впервые с начала боевых действий на реке Сясь) еще и артиллерия и танковые части 60 ТД.

В состав танковых сил, согласно решению командира 60 ТД должны были входить одна танковая рота 121 танкового полка и сводная рота (?, этот термин мне, честно говоря, не очень-то понятен - скорее всего, речь шла о нескольких танках полка) другого танкового полка 60 ТД - 120 ТП. При этом взвод огнеметных танков 121 ТП назначался в резерв совместно с указанной ранее стрелковой ротой 60 МСП.

А артиллерийскую поддержку советским мотострелкам, кавалеристам и танкистам, которым предстояло наступать в течение 18 ноября 1941 года на деревню Кострино, должны были оказать две батареи 1 дивизиона и две батареи 2 дивизиона 60 артполка. Серьезные силы планировало задействовать в этом наступлении командование 60 танковой дивизии и по всем правилам военной науки - с танками и артиллерией, разве что только без поддержки авиации!

При этом для последующего анализа очень важно иметь в виду следующую задачу, поставленную командиром 60 ТД в своем решении от 17 ноября 1941 года: "... двумя стрелковыми ротами, ТАНКАМИ и батареей 122 мм орудий действовать вдоль дороги Плесо-Кострино. Остальными ротами и орудиями ПТО действовать в обход, овладевая населенным пунктом с флангов и тыла..."

Реальная обстановка на местности при начале наступательных боев за Кострино была явно не в пользу советских войск и оборонявшиеся там немецкие войска занимали наиболее ВЫГОДНЫЕ рубежи и позиции.

Предыдущие дни боев за Плесо для советских частей уже были кровопролитными, но обстановка на местности в боях за Плесо не была еще столь сложной, как при начале атак уже на деревню Кострино. Причем речь сейчас пойдет об использовании под Кострино танковых, а не стрелковых или же кавалеристских соединений, так как меня интересуют обстоятельства боевых действий в эти дни именно 121 танкового полка 60 танковой дивизии...

Напоминаю сейчас в самых общих чертах все эти объективные обстоятельства, более подробно изложенные в предыдущем материале. И для лучшего понимания того, о чем пойдет речь дальше, вновь привожу схему расположения огневых точек противника и наших частей в ноябре 1941 года во время боев за деревню Кострино, составленную в штабе 60 танковой дивизии и опубликованную уже в предыдущем материале:

Схема позиций противника и советских частей 21 ноября 1941 года в боях под Кострино

Схема расположения огневых точек противника и частей 60 танковой дивизии в ноябре 1941 года во время боев за деревню Кострино

Поговорим, во-первых, о дорогах в тех краях. И почему, кстати, командир 60 ТД давал указание своим танкам вести наступательные действия именно по дороге Плесо-Кострино?

Ответ достаточно прост - танковые силы для наступательных операций в районе деревни Кострино (причем не только для ее взятия, но даже и для простого ПРОХОДА к расположенным далее населенным пунктам) могли использовать только дороги! Холмистая местность с крутыми берегами рек, заросшими густыми лесами и, главное, с множеством незамерзших еще болот и русел рек и ручьев не позволяли использовать для проходов танков иные места, отличные от немногих дорог в этом районе. Причем дорог далеко не самого лучшего качества, да еще в своем "ноябрьском" не промерзшем варианте...

А в районе деревни Кострино имеется всего две дороги, как это и отмечено на приведенной выше схеме, составленной в штабе 60 танковой дивизии. Первая из них проходит, согласно данным как топографической карты 1936 года, опубликованной в предыдущем материале, так и приведенной выше схемы, по левому берегу реки Сясь через саму деревню Кострино.

Именно по этой дороге и происходило перемещение всех частей 60 танковой дивизии из района Порога и Низовье, расположенных выше по течению реки Сясь, в район Плесо и Кострино. Именно об этой дороге идет речь в оперативной сводке штаба 60 танковой дивизии от 22:00 16 ноября 1941 года, когда говорится, что "... дорога Неболчи - Плесо допускает движение всех машин со скоростью 6-8 км днем..."

Я уже писал ранее о том, что, таким образом, эта дорога была практически не годна даже для простого передвижения танков, не говоря уже об атакующих действиях танковых частей по взятию деревни Кострино. Первый же подбитый при атаке на Кострино танк перекрыл бы эту дорогу практически навсегда, так как эта узкая дорога проходит в окружении непроходимых для машин лесов и болот.

Так что для атакующих действий танковых частей 60 танковой дивизии в общем направлении на Кострино могла быть использована только одна дорога, ведущая из Плесо на Романово, Ново-Андреево и Мелегежскую Горку. Эта основная, в принципе, дорога тех мест, несколько лучшего качества, чем предыдущая, и именно она могла быть использована для наступления танковых и мотострелковых частей. В особенности в районе деревни Плесо, где обстановка на местности позволяла теоретически развернуть наступающие части из походных колонн в более широкие атакующие цепи с использованием всех укрытий и особенностей местности.

Использую слово "теоретически" именно потому, что на практике следовало учитывать еще и другие природные факторы, которые сильно осложняли осуществление этой наступательной операции, разработанной "теоретически правильно" с точки зрения фактора транспортных коммуникаций.

Речь идет о реках, мостах, бродах, состоянии ледового покрова, крутизне берегов, холмистости и господствующих высотах, "горловинах бутылок" и т. д., о чем подробно и поговорим дальше.

Разберемся теперь, и во-вторых, с упомянутыми реками, мостами, бродами, состоянием ледового покрова и крутизной берегов в районе деревень Плесо и Кострино.

Как хорошо видно на приведенной ранее схеме, район боев за тихвинские деревни Городище, Плесо и Кострино находится в междуречье реки Сясь и ее правого притока - реки Воложба. Причем указанные населенные пункты находятся на разных берегах этих рек: деревня Городище - на левом берегу реки Воложба, а Плесо - на правом берегу этой же реки; деревня же Кострино расположена на левом берегу уже другой реки - Сяси.

А это обстоятельство означало только одно - при боях за все эти деревни наступавшим советским войскам предстояло постоянно преодолевать водные преграды. Причем делать это предстояло либо по немногочисленным мостам (расположенным обычно в районе самих деревень), либо вброд, либо же по льду рек, если таковой в середине ноября уже устанавливался. И, напоминаю, что сейчас речь идет о частях ТАНКОВЫХ, проблемы переправы через реки для которых существенно отличаются от этих же проблем для соединений стрелковых или даже кавалеристских.

Как известно из оригинальных материалов военного времени, бродов на реках Воложба и Сясь к началу наступления, во всяком случае, обнаружено не было, ледовый покров на этих реках к 18 ноября 1941 года допускал "... движение только одиночных пешеходов". Единственный мост (через реку Воложба) в деревне Плесо был сначала "... разрушен противником и после восстановления снова пришел в негодность". Иными словами, переправить танки на другой берег рек было, в принципе, не просто, если вообще возможно!

Таким образом, можно предположить, что практически все танки 121 танкового полка, прибывшие к началу утреннего наступления на Кострино 18 ноября 1941 года, расположились все-таки на ЛЕВОМ берегу реки Воложба - прямо напротив деревни Плесо, расположенной на другом берегу реки. И только один танковый взвод этого полка, в лучшем случае, был переправлен предыдущей ночью через реку Воложба в деревню Плесо для того, чтобы поддержать атаку на Кострино (точнее, в ее обход) с использованием дороги Плесо-Кострино, так как это и было предусмотрено в приведенном выше решении командира 60 ТД от 17 ноября 1941 года.

Теперь, и в-третьих, об упомянутых ранее факторах крутизны берегов, холмистости и господствующих высотах, "горловинах бутылок" в районе деревни Кострино Тихвинского района. Анализ именно этих обстоятельств позволит лучше понять как планы советского командования, так и ход развития военной обстановки при последующих боях за деревню Кострино и другие населенные пункты...

Сначала следует сказать, что собственно взятие самой деревни Кострино не являлось, очевидно, для советского командования самоцелью, гораздо важнее было обеспечить "проход" основных сил советских войск по дороге от Плесо дальше - к населенным пунктам Романово, Ново-Андреево, Мелегежской Горке и Тихвину.

Как это чаще всего и бывает при проведении такого рода наступательных операций, взятие деревни Кострино сняло бы множество проблем для советских войск, и такого рода задача была поставлена изначально. Но в любом случае начало наступательных действий на Кострино для ее обхода и дальнейшего продвижения к населенным пунктам Романово, Ново-Андреево и Мелегежской Горке подразумевало выдвижение танковых частей вперед именно по дороге от Плесо на Кострино у подножья высоты 59,2.

Единственный же мост через реку Сясь, который мог быть использован для новой переправы танков, теперь уже на левый берег Сяси к самой деревне Кострино, располагался и располагается, судя по всему, по косвенным данным современной спутниковой карты строго на юг от самой деревни Кострино. Но использовать его следовало только в случае принятия решения командованием 60 ТД о взятии Кострино с использованием танковых частей. При этом советские командиры должны были, думаю, учитывать еще и крутизну подъемов (да еще в ноябрьском не промерзшем варианте грунтов) на склонах "костринского" холма сразу же после преодоления танками моста через реку Сясь...

Теперь о холмистости района и господствующих там высотах. Использование именно господствующих высот играло важнейшую роль в ходе боевых действий и достигаемых успехах в этом районе в ноябре 1941 года. Занятая немцами деревня Кострино, крайне выгодно расположенная на вершине одной из господствующих высот и отделенная к тому же от всех близлежащих населенных пунктов еще и естественным рубежом - рекой Сясь, была превращена немцами в мощнейший узел своей обороны.

Из Кострино относительно небольшими пехотными и танковыми силами, но с использованием минных полей, а, главное, с мощной поддержкой артиллерии, минометов и пулеметов можно было полностью контролировать все подходы к деревне практически со всех направлений. Крутизна берегов реки Сясь вместе с упомянутым ранее отсутствием бродов и ненадежным ледовым покровом рек позволяла заранее пристрелять все возможные пути подхода к деревне Кострино, и единичные мосты через реки, в первую очередь.

И вторым колоссальным преимуществом немцев, занимавших вершину холма, где расположена деревня Кострино, являлось то обстоятельство, что они изначально полностью контролировали отсюда дорогу из Плесо на Романово, Ново-Андреево и Мелегежскую Горку, проходившую совсем рядом с деревней Кострино - у подножья холма, но по другому берегу реки Сясь. Именно такую ситуацию на местности я и назвал ранее "горловиной бутылки", которую предстояло преодолеть советским частям в любом случае для дальнейшего продвижения по единственной в этих краях дороге и без возможности использования других обходных путей.

Только с установлением контроля советских войск над другой господствующей высотой на местности (59,2), расположенной прямо напротив деревни Кострино на другом берегу реки Сясь, это преимущество немецких войск было, как минимум, ликвидировано. Правда этого удалось добиться только через несколько суток ожесточенных боев - к 21 ноября 1941 года, как это и видно на приведенной выше схеме, когда высота 59,2 была занята не только 2 батальоном 60 мотострелкового полка, но и артиллерийскими батареями 60 артполка.

Все изложенное ранее позволяет мне считать, что командование 60 танковой дивизии еще 17 ноября 1941 года приняло единственное разумное решение (насколько это вообще было возможно в той абсолютно невыгодной обстановке на местности). Было решено использовать свои основные танковые силы не для взятия деревни Кострино атакой в лоб, а для ее обхода в районе высоты 59,2 по узкой правобережной дороге от Плесо на Романово.

Именно поэтому в принятом вечером 17 ноября 1941 года командиром 60 ТД решении об утреннем наступлении 18 ноября 1941 года говорилось об основном ударе "... двумя стрелковыми ротами, ТАНКАМИ и батареей 122 мм орудий ... вдоль дороги Плесо-Кострино...". Остальным же ротам и орудиям ставилась задача "... действовать в обход, овладевая населенным пунктом (Кострино) с флангов и тыла..."

И в этом случае обстоятельства вынуждают меня заняться делом непривычным, а именно защитой правильности главного военного решения относительно использования танковых сил, принятого командованием 60 танковой дивизии в начале боев за Кострино. До сих пор я придерживался точки зрения, что командование 60 ТД в первые дни пыталось примитивно атаковать Кострино в лоб, используя все имеющиеся в распоряжении силы. И даже получили за это "втык" в частном боевом распоряжении Nº ОП/01 от 22:00 21 ноября 1941 года от вышестоящего начальства - Военного Совета 4 Армии.

Теперь же мне становится ясно, что практически с самого начала (как минимум, с 17 ноября 1941 года) командование 60 танковой дивизии пыталось не столько взять деревню Кострино лобовым ударом (в том числе с массовым использованием танков), сколько обойти ее с боями стрелковыми, кавалеристскими и танковыми частями по всем возможным направлениям с флангов.

Для флангового обхода Кострино с запада были задействованы 2 полка (101 и 106) 27 кавдивизии, которые сразу же после начала боев за Плесо, оказавшихся столь кровопролитными, были отправлены в глубокий обход в западном направлении через болота, которые смогли пройти только в пешем строю. Теперь мне становится ясно, что это было предпринято не только для перехвата дороги Ново-Андреево - Котелево, как об этом вспоминает полковник П. П. Филиппов, но и для возможности атаковать Кострино с запада, как это и видно на приведенной выше схеме позиций войск на 21 ноября 1941 года.

Основные же наступательные силы 60 танковой дивизии (танковые, в первую очередь) были нацелены ее командованием, судя по всему, с самого начала на фланговый обход деревни Кострино с востока по дороге от Плесо с одновременным проходом по этой дороге к населенным пунктам Романово, Ново-Андреево и Мелегежская Горка.

И совсем другое дело, что такого рода план наступательных действий 60 танковой дивизии под Кострино очень походил на лобовое наступление на эту деревню. Фактический обхват (обход) Кострино с востока по дороге Плесо-Кострино на правом берегу реки Сясь производился в прямой видимости немецких танкистов, артиллеристов, минометчиков и пулеметчиков, расположенных на другом берегу реки на "костринском холме", и в пределах 500 метров от немецких позиций. А это на практике означало практически гарантированное уничтожение советских войск немецким огнем по заранее пристрелянным целям - дороге, мосту и подходам к ним...

Но другого выбора у советского командования тогда, в ноябре 1941 года, просто не было - для продолжения наступления на Романово, Ново-Андреево, Мелегежскую Горку и Тихвин можно было использовать только дорогу Плесо-Кострино. И для переброски танков, в первую очередь...

Факт наступления танковых частей именно по дороге Плесо-Кострино и будет являться для меня крайне важным элементом для последующего определения возможного местонахождения подбитых в ходе боя 18 ноября 1941 года советских танков, которым следовало оказать срочную техническую помощь по восстановлению или эвакуации матчасти. Действия, которые на поле боя по должностной инструкции должен был произвести именно "ротный" танковый техник.

А в 121 танковом полку должность танкового техника занимал младший воентехник Федор Александрович Кощеев - мой дядя Федя...

Читать продолжение этого материала - "18 ноября 1941 года. Действия танкистов 121 ТП в боях под Кострино"

1 1 1 1 1 1 1 1 1 1 Рейтинг 0.00 (0 оценок/-ки)

Вы не являетесь пока Членом нашего Клуба! И комментировать на сайте Вам пока не положено!