Условия местности и силы сторон в начале боев за Кострино в ноябре 1941 года

Читать предыдущую часть материала - "Данные официальных архивных документов о начале боев за деревню Кострино"

Считаю необходимым рассказать в этом материале немного об окрестностях тихвинской деревни Кострино, где в середине ноября 1941 года начались ожесточенные бои между советскими и немецкими частями. Кстати, очень редкая для поздней осени 1941 года ситуация, когда советские войска наступали, а немецкие - оборонялись...

 

Хочу рассказать об этом с точки зрения реальной ситуации на месте боев - как выглядит на практике само поле боя, каково было расположение частей противников, каковы были исходные рубежи для наступления и обороны. И, самое главное, говоря простым человеческим языком: кому там объективно было легче - обороняющимся (немцам) или же наступающим (советским войскам)?

Иначе совсем непонятным будет изложение хода и результатов дальнейших боев за деревню Кострино, занятую окончательно советскими войсками, как я писал уже в предыдущих материалах, только 9 декабря 1941 года, то есть через 25 суток (!) после начала боев за нее!

Думаю, что лучше всего привести для начала две карты. Первая из них соответствует листу 0-36-19-В топографической карты масштаба 1:50000 (1 см карты = 500 метрам на местности) Ленинградской области от 1936 года, использовавшейся, судя по надписям на карте, даже немцами во время боевых действий 1941-44 годов в тех краях. Сам оригинал этого листа карты был найден мною (по ценнейшей подсказке на все той же "тихвинской ветке" "Форума Поисковых Движений") на сайте "WWII Aerial Photos and Maps" (http://www.wwii-photos-maps.com/prewarmapso36-1-50000/O-36-19-B%20through%20O-36-42-D/slides/O-36-19-C.html):

Топографическая карта с деревнями Кострино и Плесо Тихвинского района Ленинградской области

Лист 0-36-19-В топографической карты Ленинградской области 1936 года масштаба 1:50000 с деревнями Кострино и Плесо Тихвинского района

Для того, чтобы посмотреть эту карту более подробно, кликните на ней и откроется новое отдельное окошко с этой картой. Для её просмотра в ещё бОльшем масштабе следует кликнуть в этом окошке приблизительно на интересующей Вас зоне карты ещё раз. Тогда именно эта зона и появится перед Вами для детального просмотра снова в максимально допустимом для этого изображения масштабе.

А теперь попробую еще и рассказать сначала немного о местности (прочитать топографическую карту) в районе деревень Плесо и Кострино Тихвинского района (о том, что на этой карте нарисовано) языком понятным большинству читателей.

Во-первых, деревни Плесо и Кострино расположены в междуречье, а именно в районе впадения реки Воложба в реку Сясь. Причем, деревня Плесо расположена на правых берегах - что для реки Сясь, что для ее притока - реки Воложба. В то время как деревня Кострино расположена на другом берегу реки Сясь - на левом. Иными словами из одной деревни в другую "по суше" (не переправляясь через реку или даже 2 реки) никак не попадешь!

Во-вторых, берега у обеих рек в этих местах совсем даже не пологие, а высокие, и что еще важнее - порой обрывистые. Обе порожистые реки практически "пропиливают" свои русла среди окружающих берегов. Что наверняка крайне красиво и заманчиво для водных туристов, но явно не было столь привлекательно для советских войск в ноябре 1941 года...

В-третьих, высота этих самых берегов совсем даже не маленькая. Конечно же, с кавказскими ущельями берега тихвинских речек Сясь и Воложба сравнить не получится, но достаточно указать только, что перепад высот в этом районе достигает порой даже сегодня (как, впрочем, и в ноябре 1941 года) 25-30 метров! А это очень много для лесисто-болотистой, в целом, территории! И с военной точки зрения, заняв вершины холмов и установив там достаточно артиллерийских, минометных и пулеметных средств, можно очень эффективно и относительно небольшими силами контролировать все подступы и все транспортные коммуникации.

В-четвертых, и в развитие предыдущего пункта, сама деревня Кострино расположена как раз на вершине одного из таких холмов на высоте до 50 метров над уровнем моря, в то время как река Сясь огибает эту возвышенность с деревней наверху своей левой излучиной на высотах порядка 25-30 метров. То есть, говоря по-простому и по-немецки, "хотите к нам в гости, так будьте добры вскарабкаться сначала к нам на горушку". Высотой до 20-25 метров над уровнем воды в русле реки. А это, если кто не знает, высота семи- или же восьмиэтажного дома...

В-пятых, район деревень Кострино и Плесо окрашен на приведенной выше топографической карте таким светлым серо-коричневым цветом! А вокруг этой узкой территории серо-коричневого цвета вдоль реки Сясь все остальное окрашено зеленым или же пунктирно-голубым цветом! Красиво так на карте это многоцветие выглядит!

Только, к сожалению, в реальной жизни и в природе это означает, что "узкая серо-коричневая зона" - это и есть единственная территория, где танковые войска могли бы еще как-то проходить. Среди холмов с крутыми порой склонами и узкими лощинами, но могли проходить хотя бы теоретически. Потому как в "зеленой" зоне карты танки должны были бы сначала заняться лесоповалом (это - леса, и порой глухие и нехоженые), а в "голубой" зоне топографической карты танкам предстояло для начала просто утонуть (это - болота). Такая вот красивая и радужная картинка вырисовывалась командирам советских войск при взгляде на эту карту в ноябре 1941 года...

И, в-шестых, скажу пока только одно. Для того чтобы попасть в Ново-Андреево или же Мелегежскую Горку (имея конечной целью город Тихвин, как командование 4 Армии в 1941 году распорядилось) что по одной дороге (по левому берегу реки Сясь), что по другой (через лесной массив на правом берегу реки Сясь) деревню Кострино никак не миновать! Через упомянутые в предыдущем пункте лесные массивы и болота не то что танкам, а даже кавалеристам с пехотинцами добираться до Тихвина пришлось бы неделями с неизвестным конечным результатом...

Таковы мои личные впечатления от "карточного" знакомства с топографией в районе деревни Кострино. А что интересно думали в ноябре 1941 года об этом же командиры 60 танковой дивизии?

Для ответа на этот вопрос приведу еще и вторую иллюстрацию. Она соответствует ценнейшему архивному документу военного времени - схеме расположения огневых точек противника и наших частей в ноябре 1941 года во время боев за деревню Кострино, составленную в штабе 60 танковой дивизии, части которой и вели бои за эту деревню. И вновь выражаю свою благодарность "тихвинской" ветке" "Форума Поисковых Движений", где в одном из постов и была опубликована эта схема:

Схема позиций противника и советских частей 21 ноября 1941 года в боях под Кострино

Схема расположения огневых точек противника и частей 60 танковой дивизии в ноябре 1941 года во время боев за деревню Кострино

При первом взгляде на эту схему (не соответствующую, в принципе, интересующему меня дню 18 ноября 1941 года, но позволяющую понять общую обстановку при боевых действиях 60 танковой дивизии под Кострино) становится понятным, что командование 60 ТД видело ситуацию в сходной манере, как я уже написал об этом ранее. Вся узкая зона боевых действий 60 танковой дивизии нарисована начальником НО-1 60 ТД капитаном Полковниковым в окружении красивого "зеленого обрамления" болотисто-лесных массивов, непригодных для массового использования основными танковыми частями. И как раз на вершине "костринского" холма расположены немецкие части, закрывающие собой словно "пробкой в бутылочной горловине" на реке Сясь проход частям 60 ТД на Ново-Андреево и Мелегежскую Горку...

Все основные танковые силы 60 ТД располагаются южнее деревни Кострино и все еще на правом берегу реки Сясь, в то время, как к 21 ноября (то есть еще через 3 суток после интересующего меня боя 18 ноября 1941 года) году всего, чего удалось добиться частям 60 ТД, это обеспечить своего рода полу обхват немецкий частей в Кострино занятием позиций на левом берегу реки Сясь 101 и 106 кавполками 27 кавалерийской дивизии (в лесном массиве к западу-юго-западу от Кострино) и 3 батальоном 60 МСП 60 ТД на дороге в лесном массиве к юго-юго-западу от Кострино. Да еще и 2 батальону 60 МСП удалось занять к 21 ноября 1941 года позиции на высоте 59,2 - прямо напротив деревни Кострино, только на другом - правом берегу реки Сясь...

Теперь об обещанных в предыдущем материале комментариях относительно новой для меня информации, обнаруженной в оперативных сводках штаба 60 ТД за 16 и 19 ноября 1941 года, которые именно сейчас помогут мне дополнить общую картину местности в районе деревни Кострино в ноябре 1941 года.

Первое. О состоянии дороги в лесном массиве (по левому берегу реки Сясь), которая могла бы быть использована танковыми частями для наступления на Кострино.

При относительно простом марш-броске в предыдущие дни эта дорога, согласно оперсводке 60 ТД за 16 ноября 1941 года, "... допускает движение всех машин со скоростью 6-8 км днем...". Скорость быстро идущего человека, да еще и в ряд - одна машина следом за другой...

Могли по этой дороге танки атаковать Кострино? Это было бы равнозначно самоубийству - одно только противотанковое немецкое орудие первым же удачным выстрелом закупорило бы эту дорогу для советских танков навсегда!

Второе. Таким образом, к деревне Кострино с юга и юго-востока советским танковым войскам предстояло добираться с преодолением водных преград, как это официально называется в военной науке. А это, как известно, даже на сегодняшний день достигается исключительно двумя способами - по мостам или же вброд. Насчет моста в оперсводке штаба 60 танковой дивизии от 16 ноября 1941 года ясно указано, что "... мост в деревне Плесо через р. Воложба был разрушен противником, но к исходу 16.11.1941 после восстановления снова пришел в негодность..." Да и насчет бродов там же указано: "... бродов нет, а берега крутые..."

Итак, не было под Кострино в ноябре 1941 года ни мостов, ни бродов через реки Воложба и Сясь. Тогда задаю простой вопрос: как же советские танки Т-26, атакуя немецкие позиции на вершине холма в деревне Кострино НА ДРУГОМ берегу реки Сясь, должны были вообще туда попасть? На руках славной российско-советской матушки-пехоты?

Третье. Существует, естественно, и еще один способ переправ через реки. Способ не круглогодичный, а сезонный, не всемирный, но России с ее климатом свойственный - переправа по льду замерзших в зимний период рек. Но для этого реки должны не только "встать", но и сам лед должен еще сначала нарасти. А как обстояло дело с ледовым покрытием рек Воложба и Сясь в середине ноября 1941 года в районе тихвинской деревни Кострино?

В оперсводке штаба 60 танковой дивизии от 16 ноября 1941 года об этом говорится вполне ясно: "... Вода замерзла только местами и лед допускает движение только одиночных пешеходов..." Танки же, даже одиночные, в категорию пешеходов, как известно, не попадают...

Четвертое. Напоминаю, что насчет крутости берегов рек в этом районе в приведенной выше оперсводке говорится просто: "... на подъемы у моста грузовые машины поднимали только буксиром..."

Поговорим теперь о соотношении военных сил сторон в самом начале боев за тихвинскую деревню Кострино (в период с 16 по 19 ноября 1941 года).

Из данных "Журнала боевых действий" 60 танковой дивизии известен состав частей Красной Армии, принимавших активное участие в боях за деревни Плесо и Кострино:

  • основными стрелковыми подразделениями, наступавшими на эти деревни, в составе 60 танковой дивизии являлись изначально 2 и 3 стрелковые батальоны 60 мотострелкового полка; позднее (после 20 ноября 1941 года) в наступательных действиях участвовал еще и 1 стрелковый батальон 60 МСП;
  • три кавалеристских полка (101, 106 и 109) из состава 27 кавалерийской дивизии также принимали участие в этих наступательных боях; в период с 16 по 18-19 ноября 1941 года 106 и 109 кавполки совершили марш-бросок (в пешем строю) через практически непроходимые леса и болота из района деревни Плесо (на юго-востоке от Кострино) в лесной район в 700 метрах к западу и юго-западу от деревни Кострино;
  • 2 и 3 танковые батальоны 121 танкового полка 60 танковой дивизии;
  • 60 артиллерийский полк 60 танковой дивизии (без 2 своих батарей) и артиллерия 27 кавалерийской дивизии (в неизвестном мне пока составе);
  • остальные боевые соединения 60 танковой дивизии (60 разведывательный батальон, 60 отдельный зенитно-артиллерийский дивизион - ОЗАД) в начальный период боев за Кострино в активных наступательных действиях участия, похоже, не принимали.

С немецкой стороны деревню Кострино изначально (17-19 ноября 1941 года) обороняли "... до двух пехотных рот, усиленных батареей минометов, двумя батареями артиллерии..." (данные из оперативной сводки штаба 60 танковой дивизии от 20:00 19 ноября 1941 года).

Чуть позднее в "Журнале боевых действий" 60 танковой дивизии за 22-23 ноября 1941 года указывается еще, что:

... разведкой установлено:

1. Минное поле на западной окраине Кострино.

2. Четыре танка на северной окраине Кострино, которые поднимаясь по оврагу северо-западнее Кострино, вели огонь по расположению 3/60 МСП.

3. Скопление до роты пехоты в лесу восточнее Кострино и до 2-х взводов автоматчиков на северной окраине Кострино вели огонь по расположению 2/60 МСП...

Иными словами, части Красной Армии к моменту начала боев за Кострино обладали изначально существенно бОльшей стрелковой и танковой мощью! Но, как уже давно известно, количественное и даже качественное превосходство далеко не всегда является гарантией конечной военной победы. Существует еще множество иных элементов, которые могут склонить чашу весов в пользу изначально якобы более "слабого"...

О самом главном, пожалуй, элементе такого рода уже подробно говорилось в начале этого материала, когда описывались реальная обстановка на местности в районе деревни Кострино к моменту начала боев за нее.

И это признавалось самим штабом 60 танковой дивизии, когда в своей оперсводке от 20:00 еще 19 ноября 1941 года писалось о том, что "противник... занимает выгодный рубеж..."

Было бы несправедливо не сказать сейчас вкратце еще и о других факторах чисто военного плана, использовавшихся немцами под Кострино в середине ноября 1941 года существенно лучше, чем это делала Красная Армия. И это был, в первую очередь, весь накопленный немцами к этому моменту военный опыт как в организации боевых действий и снабжении войск, так и в искусстве руководства военачальниками всех уровней вверенными им частями и соединениями. Немецкая машина работала исправно, без пробуксовок, а вот Красная Армия всему этому в ноябре 1941 года еще училась...

Другими важными военными элементами, определившими ход боев под Кострино, явилось, безусловно, еще и то, что в военной науке называется взаимодействием разных родов войск.

Для нанесения атакующих и контратакующих ударов по позициям советских войск немцы активно использовали свою авиацию, в то время как об иных действиях советской авиации под Тихвином в ноябре 1941 года, кроме как эпизодических и чаще всего разведывательного характера, мне пока информации не попадалось.

Помимо этого советские танковые и стрелковые соединения могли бы вести атаки на столь укрепленный немцами район деревни Кострино существенно успешнее, если бы им оказывалась существенно бОльшая артиллерийская поддержка.

Для штурма столь укрепленных оборонительных пунктов артиллерийский и минометный огонь больших калибров, в первую очередь, должен быть не просто интенсивным, а практически шквальным. А для таких действий артиллерии, помимо всех остальных условий, нужно иметь заранее подготовленные многократные боезапасы, а также обеспечить бесперебойный подвоз новых боеприпасов.

Согласно же данным "Журнала боевых действий" 60 танковой дивизии, батареи 60 артиллерийского полка в ходе боев за Кострино, расстреляв свой штатный боезапас, вынуждены были прекращать огонь, ведя стрельбу только "отдельными орудиями". А при пополнении боеприпасами (через сутки, а то и двое!) подвозилась только половина штатного боезапаса для основных крупнокалиберных орудий полка - для 122 мм гаубиц. О каком "шквальном" огне артиллерии могла идти в этом случае речь?

Итак, пришла пора назвать своим именем характер первых ноябрьских дней боев за деревню Кострино - это была мясорубка, в которой немцы методично перемалывали личный состав и материальную часть атаковавших Кострино в лоб и в самых невыгодных условиях частей и соединений 60 танковой дивизии - 60 мотострелкового полка и 121 танкового полка. Другого слова у меня пока просто не находится...

В подтверждение приведу сейчас только одну цитату из того же "Журнала боевых действий" 60 танковой дивизии, сделанную штабом 60 ТД уже к концу 20 ноября 1941 года, то есть всего через 5 суток (!) после начала активных боевых действий частей и соединений дивизии под Плесо и Кострино:

... 60 ТД несет большие потери в личном составе: убито 143 человека, ранено - 345, потеряно обмороженными - 162 человека, пропало без вести - 17 человек, винтовок - 3, станковых пулеметов - 3, РП - 18, 82 мм минометов - 3, 50 мм - 6, танков 120 ТП _____, 121 ТП - 38 танков...

Теперь мои небольшие объясняющие комментарии к этому тексту. То, что напрямую в тексте не говорится. Кроме одного слова - БОЛЬШИЕ ПОТЕРИ...

Нашел в Интернете информацию о том, что каждый стрелковый батальон Красной Армии по штату довоенного времени (а 60 танковая дивизия была сформирована именно по штату довоенному) насчитывал около 700-780 человек. Соответственно 2 мотострелковых батальона (второй и третий) 60 мотострелкового полка, активно наступавшие на Кострино, должны были иметь в своем составе (вместе со всеми вспомогательными службами!) от 1.400 до 1.500 человек.

Согласно приведенной ранее цитате "Журнала боевых действий" 60 танковой дивизии, потери ВСЕЙ дивизии (а это был в основном личный состав именно 2 и 3 батальонов 60 МСП) составили к 20 ноября 1941 года убитыми, раненными, обмороженными и пропавшими без вести 667 человек. Простая арифметика показывает, что за 5 суток боев под Плесо и Кострино выбыло из строя от 44 до 48% личного состава этих двух батальонов. Говоря иным языком - в бой вступили два батальона, а через 5 суток из боя вышел только один. Была выбита ПОЛОВИНА личного состава...

Не лучше обстояло дело по результатам первых же 5 дней боев за Плесо и Кострино и с мощью танковых полков 60 танковой дивизии. Считая опять же приблизительно начальное количество танков в двух танковых полках всей дивизии (164 танка Т-26 и огнеметных танков - по 80 танков в каждом полку), можно сказать, что ходе мясорубки первых дней боев за Плесо и Кострино к 21 ноября 1941 года 121 танковый полк потерял около 50% (ПОЛОВИНУ) своих боевых машин (38 танков)!

И, самое главное, продвинуться вперед советским частям, несмотря на огромные потери, так и не удавалось. Взять Кострино, а, соответственно, и Ново-Романово, Мелегежскую Горку и Тихвин, как это было 60 ТД приказано, никак не получалось по причине того, что Кострино, первый и обязательный опорный пункт немецкой обороны, никак не сдавался...

А вот о том, как танки 121 танкового полка выбывали под Кострино из строя, и как эти подбитые танки старались в полку по возможности восстановить и эвакуировать, я и собираюсь рассказать в следующих материалах. Именно бой 18 ноября 1941 года, в котором и погиб младший воентехник танковый техник Федор Александрович Кощеев, на подступах к деревне Кострино является, с моей точки зрения, показательным для описания действия танковых частей Красной Армии в первый период наступательных боев под Тихвином в этом секторе военных действий...

Читать продолжение этого материала - "18 ноября 1941 года. План наступления 60 ТД в боях за деревню Кострино"

1 1 1 1 1 1 1 1 1 1 Рейтинг 0.00 (0 оценок/-ки)

Вы не являетесь пока Членом нашего Клуба! И комментировать на сайте Вам пока не положено!