... Но вернемся ко дню чаепития по случаю моего выхода на пенсию.

Вдруг зазвонил телефон. Зампред Госснаба Сергей Виноградов просил разрешения зайти в отдел и выпить с нами чая. Он оказался одним из немногих руководителей Комитета, который счел необходимым проститься со мной и пожелать счастья.

Войдя в комнату вместе с начальником спецотдела АСУ, моим хорошим другом Дмитрием Соляник, Сергей Виноградов произнес торжественным голосом:

Всю ночь я думал о том, что же подарить этому Дон Кихоту, воспитанному на нашей русской земле.

Ответ нашелся в моей библиотеке. Это книга научной фантастики Константина Циолковского, отца русской космонавтики, который никогда не поддавался невеждам.

С этими словами Виноградов подарил мне книгу "калужского мечтателя". Циолковский, в частности, пишет:

Основной мотив моей жизни: сделать что-либо полезное для людей, не прожить даром жизнь, продвинуть человечество, хотя немного вперед.

Уже позже, за чаем, Зампред начал убеждать меня, что я еще молод для выхода на пенсию, и посоветовал работать в совместном советско-югославском предприятии "Атлант".

Так, за один день, я вышел из разряда пенсионеров и вошел в роль начальника отдела новой полукапиталистической фирмы.

Работая с "кривоногими"

В отделе "Атланта", которым мне поручили руководить, работали 14 молодых программистов. Все они прежде участвовали в разработке и внедрении системы "ЕССКС".

Одним из учредителей "Атланта" с советской стороны была Академия Наук СССР, и в наши обязанности входило сотрудничество с научными институтами и научно-техническими журналами для коммерциализации советских научно-технических проектов.

Нам предстояло искать в западных странах надежных партнеров, которые были бы готовы использовать эти разработки совместно с их авторами.

Ввиду характера международного рынка и того факта, что достижения советской науки не были широко известны Западу, мы решили начать с разработки специальной компьютерной программы под условным названием "Визитная карточка советской науки".

Эта программа позволила бы пользователям лучше понять структуру Академии Наук СССР и Академий Наук союзных республик, сотен научно-исследовательских институтов и научно-технических журналов различных отраслей народного хозяйства; приводились адреса, телефоны и факсы людей, ответственных за научные и коммерческие контакты.

До тех пор ориентация в лабиринте советской науки была прерогативой спецслужб. Это тормозило установление прямых широких и плодотворных контактов с зарубежными фирмами.

Однажды мне позвонил заместитель Генерального директора "Атланта" и сообщил, что надо срочно закончить набросок "Визитной карточки советской науки" - Михаил Горбачев вскоре должен был отправиться с визитом в США. Гурий Марчук, Президент Академии Наук СССР, сопровождавший генсека в этом визите, хотел бы показать ему набросок и получить одобрение.

Марчук ничего не смог показать Горбачеву - в Армении произошло сильнейшее землетрясение, стершее с лица земли города, поселки и повлекшее за собой многочисленные жертвы. Горбачев вынужден был прервать визит в США и вернуться в СССР.

Тем не менее, для ускорения разработки "Визитной карточки..." Марчук подписал письмо в адрес НИИ и других организаций, подчиненных АН, в котором просил предоставить "Атланту" необходимую исходную информацию.

Однако все наши усилия были напрасны - перестройка была в разгаре, противоречия между властными структурами страны нарастали с космической скоростью, и концепция СССР начинала распадаться в сознании руководителей союзных и автономных республик. Практически никто никого не слушал.

Через несколько лет в своих мемуарах Михаил Горбачев будет сожалеть о том, что он не смог привести в надежный порт им управляемый корабль и выразит надежду на то, что история разберется в причинах происшедшего.

Я же считаю, что Горбачев в "океане" растерялся и отдался на милость стихии. Несколько месяцев спустя, в водоворотах гласности, старый корпус корабля разбился о рифы перестройки и распался на множество частей, сваренных более 70 лет назад.

История выбросила за борт капитана, отважившегося управлять огромным кораблем в бушующем открытом океане, так и не научившись ходить на баркасах в прибрежных водах.

... Наши югославские партнеры в "Атланте" были хорошими коммерсантами. Они удачно использовали статус Югославии как неприсоединившегося государства. Для себя я называл их "кривоногими", то есть ступающими одной ногой в социализме, а другой - в капитализме. Югославы очень высоко ценили "Визитную карточку советской науки", считая ее прекрасным и дорогим интеллектуальным продуктом, который принесет фирме хорошие прибыли.

Но, когда они удостоверились, что в эту программу будет невозможно включить информацию из институтов и научных журналов Академий Наук союзных республик, (которые вскоре превратятся в независимые государства), им стало ясно, что ценность нашей разработки существенно уменьшится. Поэтому они отменили разработку проекта и перешли на посредническую работу в торговле между советскими предприятиями и фирмами западных стран, чей рынок они знали очень хорошо.

Один известный испанский журналист назвал те советские годы временем, в котором "начинали исчезать горизонты будущего, и существовало только настоящее".

Такое резкое изменение рабочего курса фирмы, то есть переход от информатики к продаже товаров и сырья, было для меня неожиданным и непонятным.

Я давал свое согласие на работу в "Атланте" только в сфере разработки и практического применения проектов, связанных с информатикой, и, в особенности, в сфере строительства, которое я хорошо знал.

Кроме того, профессионально я не был подготовлен к новой форме торговли. Ее должны были вести специалисты. В противном случае наши опытные партнеры без зазрения совести могли "облапошить" нас в два счета.

Все мои попытки найти выход из создавшейся ситуации ни к чему не привели. Один академик, видевший больше перспективы в торговле, чем в науке, посчитал, что наш отдел мешает развитию фирмы. 23 апреля 1990 года все 14 работников отдела были переведены на работу, с повышением окладов, в другое совместное предприятие Академии Наук СССР, "Советско-американский центр научного и технического обмена".

В новой фирме, руководимой одним "зеленым" бизнесменом - покупавшим стиральные машины на Западе и продававшим их потом по сумасшедшим ценам бедным уставшим советским женщинам - у нас не было даже помещения для работы.

Я понял, что бессмысленно требовать от елки яблок и уволился.

Памятные дни

Во время перестройки на политическом небосклоне Советского Союза, доселе тусклом, засверкали новые звезды. Одна из этих сверхновых звезд взошла в Ленинграде, нынешнем Санкт Петербурге.

На бурных заседаниях Съезда народных депутатов обсуждались важнейшие вопросы будущего страны, например, отмена 6-ой статьи Конституции о руководящей роли КПСС в советском обществе. На этих сессиях с блеском выступал профессор Ленинградского университета, доктор юридических наук Анатолий Собчак.

В те времена моя дочь Мария, уже 18 лет работавшая в Агентстве Печати "Новости", писала статьи и репортажи из Москвы для валенсийской газеты "Hoja del Lunes".

Главный редактор газеты - господин Сальвадор Барбер Фонт - попросил Марию пригласить какого-нибудь модного советского политика в Валенсию, и пленительное ораторское искусство депутата Собчака решило вопрос выбора. Приглашение из Валенсии для Анатолия Собчака и корреспондента Марии де лос Льянос пришло в АПН.

Однако руководство агентства не желало оставлять без присмотра популярного депутата, возглавлявшего подкомитет по экономической и правовой реформам. Он был способен выйти в своих выступлениях за установленные "границы". И в состав делегации ввели также депутата Полторанина.

Делегация в Испании была принята очень тепло. Ректор Валенсийского университета дон Рамон Лапиедра рассказал советским депутатам об истории университета, насчитывавшей почти 500 лет. Студенты юридического факультета засыпали Собчака вопросами. Было выступление на местном телевидении. Братья Льядро (владельцы знаменитого на весь мир фарфорового производства) пригласили делегацию на свою фабрику.

В это время, 7 мая 1990 года, из Ленинграда пришло важное известие - Анатолий Собчак был избран Председателем Городского Совета. И новый мэр отпраздновал это событие купанием в Средиземном море.

Но самый эмоциональный момент визита в Валенсию, как признался позднее сам Анатолий Собчак, имел место в главной аудитории Университета. Там он вручил знаки "Жителю блокадного Ленинграда" двум пожилым обитательницам Валенсии - Аурине Альен и моей сестре Кармен де лос Льянос.

Эти награды почти через полвека нашли, наконец, своих хозяек. Тот день навсегда остался в памяти нашей семьи.

Anatoli Sobchak condecora con las medallas Al habitante del Leningrado asediado a Aurina Allen y Carmen de los Llanos

Валенсия. 1990 год. Анатолий Собчак торжественно вручает "детям войны" Аурине Альен и Кармен де лос Льянос, живущим в Валенсии, знаки "Жителям блокадного Ленинграда"

Кармен говорит об этом дне:

Иногда забываются важные события жизни. Так со мной и произошло: через много лет мне была вручена награда, вернувшая меня к далекому прошлому. Тогда, вместе с подругами по ленинградскому детскому дому, я работала в госпиталях осажденного города, ухаживая за ранеными, прибывавшими с близкого фронта.

Después de la condecoración. De izquierda a derecha: A. Sobchak, María y Carmen de los Llanos y Aurina Allen

После награждения, слева направо: Анатолий Собчак, Мария Льянос, Кармен де лос Льянос и Аурина Альен

Визит Анатолия Собчака в Валенсию был кратким, но его выступления перед зрителями, по радио и телевидению разбудили среди слушателей, и в особенности среди местных деловых людей, особый интерес к городу на Неве.

1 1 1 1 1 1 1 1 1 1 Рейтинг 3.50 (1 оценка)

Вы не являетесь пока Членом нашего Клуба! И комментировать на сайте Вам пока не разрешено!