"Пестрая смесь 1967-1974 гг."

Екатеринодар

До революции Краснодар носил имя Екатеринодар, то есть "дар Екатерины". Город был основан в 1793 году при правлении Екатерины Великой, как крепость кубанских казаков.

Согласно легенде, любвеобильная императрица обожала казаков, стройных сильных мужчин с правильными чертами лица. Во время путешествия по южным провинциям Екатерина попросила фаворита Григория Потемкина, генерал-губернатора Причерноморья, отобрать самых красивых крепостных девушек. С целью сохранения и улучшения казацкой "породы" девушек перевезли в Екатеринодар в ожидании счастливых свадеб и доброго потомства.

Каждый, кто смог оценить красоту женщин Краснодара, должен признать, что легенда похожа на истину.

Кропоткин

В городе Кропоткине "ГлавЮг" возводил комплекс по производству блочных изделий для больших оросительных систем и вод будущего Краснодарского водохранилища. Орошение позволило бы в пять лет двукратно увеличить урожайность риса в СССР.

До революции Кропоткин был известен под названием Романов хутор. В 1921 году умер в эмиграции князь Петр Кропоткин - географ, геолог и революционер-теоретик анархизма. Более 40 лет прожил этот человек вне России, Ленин неоднократно встречался с ним. Романов хутор был переименован и стал носить имя этого великого гражданина, автора многих трудов, в том числе книг "Завоевание хлеба" и "Записки революционера".

Советские энциклопедии хранили молчание относительно политических концепций князя-бунтаря. Еще в 1906 году, когда Сталин заявлял, что диктатура пролетариата в России

... будет диктатурой всего рабочего класса над буржуазией, а не господством отдельных личностей над пролетариатом...,

Петр Кропоткин писал:

... мы, анархисты, ... знаем, что всякая диктатура, устанавливаемая даже с самыми благими намерениями, приводит к смерти революции. Мы знаем..., что идея диктатуры является ничем иным, как пагубным продуктом правительственного фетишизма, который... всегда мечтал узаконить рабство навечно.

В 1959 году, когда, согласно мнению руководителей КПСС, социалистическая эра в СССР уже наступила, концепция "диктатуры пролетариата" официально утратила актуальность. В последующем, до полного построения коммунизма, ее заменили термином "руководство рабочим классом во главе с Коммунистической партией".

Так и случилось - в стране установилась диктатура КПСС и ее номенклатуры.

Фабрика в Армавире

В Армавире мы посетили фабрику резинотехнических изделий, на которой одно предприятие "ГлавЮга" монтировало технологические линии "Pirelli" по производству тончайших хирургических перчаток. Молодого директора фабрики Иванова звали "Армавирским султаном": на фабрике, в основном, работали женщины.

Фабрика была очень старой, и директор, разработавший смелые технические планы модернизации, пытался найти союзников в руководителях, посещавших производство.

Для иллюстрации острой необходимости реконструкции директор пригласил нас в старый цех по производству презервативов. Там царила ужасная жара, а технологический уровень производства не выдерживал никакой критики. Но самой кошмарной оказалась секция контроля. 40 девушек в белых халатах, измотанных духотой, проверяли качество презервативов с помощью сжатого воздуха.

Все детали дремучей технологии, казалось, были изобретены кем-то специально для оскорбления девичьего достоинства. Начальница участка взяла в руки презерватив, попросив меня оценить толщину резиновых стенок и их шероховатости, спросила:

Что, в Москве не понимают, что эти грубые чехлы ранят и разрушают самые святые чувства?

Советские презервативы продавались на внутреннем рынке, и на них, как и на другие товары, часто был дефицит.

"Международный конфликт"

В Ставропольском крае я познакомился с прекрасным человеком, который стал моим большим другом. Игнат Матющенко, начальник строительного подразделения в Невинномысске, приехал в эти края с Украины двадцатилетним юношей.

Всю свою жизнь Игнат посвятил строительству; горсовет удостоил его звания Почетного гражданина Невинномысска и вручил ему "Золотые ключи". Работа для Игната была праздником, и иного отношения к труду он не понимал.

Я приехал в воскресенье, но, подобно многим строителям, Игнат работал и в выходные.

На больших стройках СССР технологический процесс практически никогда не прерывался. Наша работа была столь же необходимой для страны, как и производство металла, электроэнергии, работа больниц и родильных домов, которые никогда не закрывались. Вместе с Матющенко мы посвятили воскресенье проверке строительства Невинномысского химкомбината: в будущем он должен был стать крупнейшим в стране по производству химических удобрений.

Уже началось строительство технологической линии по производству сложных калийно-фосфорных и азотных удобрений. Монтировала линию фирма из ФРГ и в строй она должна была войти через два года. До сих пор не удавалось достичь столь высокого ритма на подобных стройках. Чтобы уложиться в краткие сроки, надо было ввести в строительно-монтажное искусство какой-то новый элемент. По моему мнению, следовало прибегнуть к "сетевому планированию".

Это новшество, которое тогда уже применялось в космической промышленности, требовало от каждого участника строительного процесса высочайшей технической дисциплины и пунктуальности. Законченный "объект" должен был передаваться для начала следующего этапа работ в сроки, строго предусмотренные сетевым графиком.

Как я и ожидал, Игнат, опытный инженер, принял новшество с энтузиазмом.

Закончив обсуждение технических вопросов, Матющенко попросил моего совета относительно, как он выразился, "международного конфликта".

История оказалась, скорее, комической.

... Ресторан гостиницы "Кавказ" считался лучшим в Невинномысске. Там можно было хорошо поесть, потанцевать и увидеть известных людей города.

Два молодых парня, монтажники-высотники подразделения "ГлавЮга", жившие в гостинице, однажды в конце рабочей недели заказали ужин. Заняв столик на четверых, начали пить водку и закусывать. Изредка они приглашали на танец девушек с соседнего стола.

Вдруг к ним подошла официантка и попросила разрешения, из-за отсутствия свободных мест, подсадить к ним за стол двух немцев. Эти граждане ФРГ тоже проживали в гостинице и были монтажниками. Только, в отличие от русских парней, немцы работали на меньших высотах.

Получив согласие, два тевтона, уже немного навеселе, уселись за стол. Русские не владели немецким, а их зарубежные коллеги знали по-русски только "да" и "нет". Однако же, несмотря на бедное владение языком, немцы начали конкурировать с русскими в приглашении на танец девушек-соседок.

Аборигенов такое поведение оскорбило, и они решили победить "Фрица" и "Отто" (так они окрестили соперников) путем мирного соревнования в поглощении водки.

И русские монтажники своего добились.

Впоследствии немцы могли вспомнить только первый тост русских "За мир!", второй - "За дружбу!", третий же им почти не запомнился - что-то "За... !"

Тренированные русские, как ни в чем не бывало, продолжали угощаться и танцевать с девушками, но "в стельку пьяные" немцы их раздражали. Тогда русские пригласили "Фрица" и "Отто" прогуляться.

Позади гостиницы, в тихом сквере, немцев положили рядышком на красивую клумбу, хорошо освещенную неоновым фонарем. Их оставили в трусах, соорудили из брюк, рубашек и ботинок некое подобие подушек, чтобы головам было удобно. Закрыли спящих пиджаками, чтобы не простудились, а в нагрудные карманы пиджаков засунули ресторанные салфетки с надписью

Ахтунг! Партизанен!

Эти слова с военных плакатов один из монтажников помнил со своего сиротского детства. В оккупированном гитлеровцами Ставрополе плакаты оповещали об опасности красных партизан.

Закончив операцию, предприимчивая двойка вернулась в ресторан и уже без конкуренции продолжила праздник. Вдруг в ресторане появилась милиция - она разыскивала "партизан". Во время ночного обхода милиционеры услышали доносящийся из сквера храп и с трудом разбудили немецких нудистов.

Документы гостей, деньги и личные вещи были на месте. Но происшествие "тянуло" на международный конфликт, и надо было в нем разобраться.

Матющенко ожидал прихода жертв в сопровождении представителя фирмы. Ждали их и виновники конфликта. Немцы прибыли и, при взгляде на их лица, я чуть не расхохотался.

Матющенко внушительно прочитал подчиненным мораль, и они - трезвые, как стеклышко - с готовностью извинились перед пострадавшими и представителем зарубежной фирмы. Дело было закрыто без вмешательства высокой администрации.

Потом все четверо обменялись рукопожатиями, после чего на улице разразились неудержимым хохотом.

Революционные "крещения"

Когда я впервые приехал в Прикумск, он был маленьким тихим поселением на берегах реки Кума. До революции он носил название Святой Крест.

Но кресты раздражали новые власти, и в 1920 году какой-то атеист приказал окрестить город нейтральным именем Прикумск. Спустя пятнадцать лет, в 1935 году, другой креститель решил переименовать город в Буденновск в честь героя-командарма.

В 1957 году, после XX съезда партии, новый специалист решил стереть имя славного кавалериста и возвратить городу имя Прикумск.

В 1973 году умер трижды Герой Советского Союза Маршал Буденный, и несчастный город снова получил его имя.

Когда я писал эту главу и сомневался в нынешнем названии, вдруг - по драматичному совпадению - испанское телевидение передало сообщение о захвате боевиками заложников - мирных жителей многострадального города Буденновска.

Как стыдно: русский город в сотне километров от мятежной Чечни, на переименования которого за годы советской власти было потрачено столько денег, был так незащищен!

1 1 1 1 1 1 1 1 1 1 Рейтинг 5.00 (2 оценок/-ки)

Вы не являетесь пока Членом нашего Клуба! И комментировать на сайте Вам пока не разрешено!