Куда конь с копытом, туда и рак с клешней

Продолжение. Начало читать в материале "Все мы немного лошади"

Часть 3. Шлея под хвост попала

Я очень долго, много лет не мог понять, ну, почему Буран так испугался и рванул обратно из прилеска к селу.

Но об этом чуть позже.

 

А пока я перекинул поводья через круп и голову Бурана и поплелся вверх по небольшому склону. Никаких волков за нами не наблюдалось.

В конюшне я, припоминая инструкции завхоза, освободил коня от хомута, сбруи, убрал оглобли... И понял, почему Буран на трех ногах под горку вытанцовывал.

Шлея под хвост попала. Чертов завхоз! Не затянул, не закрепил. Вот почему ноги жеребца пошли в разнос, и правая задняя перекинулась через оглоблю.

Ведь шлея как раз и нужна для того, чтобы принимать на себя тяжесть повозки при спуске.

Шлея на корде

Шлея на корде

Лошадиная экипировка

Лошадиная экипировка

Кстати, когда говорят "шлея под хвост попала" имеют в виду и другое. Шлея, попадая под хвост, теребит, натирает гениталии, что весьма неприятно. Лошадь тогда и взбрыкнуть может. Поэтому и о взвинченных людях говорят: "Ему (ей) шлея под хвост попала."

Часть 4. И лошадка в хомуте везет по могуте

Конечно, далеко не все люди имели дело с лошадьми. Поэтому, уверен, и шлея теперь стала понятней. Но, что совсем непростительно, лошадиная упряжь настолько для наших журналистов "темный лес", что даже в милицейских сводках сплошная чехарда.

Иначе, чем же можно объяснить такую фразу из передачи по РЕН ТВ 5 сентября 2012 года.

"Восемь человек в масках, ворвавшись в дом на территории "новой Москвы", связали хозяев ХОМУТАМИ и похитили 7 миллионов рублей".

Это при том, что хомут довольно громоздкая не гибкая часть конской упряжи. Вы представляете? К хомуту, который надевается на шею коня, с помощью гужей крепятся оглобли, пристегиваются постромки. Есть еще и такое понятие, как супонь. Хомут сам весит никак не менее трех-пяти килограммов.

Можно было связать жертв упряжью, поводом, постромками, наконец, но уж никак не хомутами.

Но ни полицейских, ни телевизионных редакторов это не насторожило. Связать хомутами, это примерно то же самое, что и подковами.

Можно самому не ездить, но хотя бы книжки читать...

Как же мало мы знаем лошадей... И себя. И как не уважаем своих слушателей и читателей.

Часть 5. Пони тоже кони

О Буране я еще вспомню. И не без основания.

Я тоже, став директором школы с конюшней о двух лошадях, имел о них весьма отдаленное и романтичное представление. Порывшись в библиотеке, ничего о лошадях не нашел. Но у моего учителя по труду и музыке оказалась книжонка о пони.

Пони тоже кони - решил я, и прочитал от корки и до корки небольшой трактат о шетлендских пони. И знаете, очень пригодилось! Настолько, что я решил завести у себя пони-ферму.

В сентябре мне впервые надлежало выехать в "район". На совещание в районо. Мне объяснили, как это делается. Берется лошадь, запрягается в долгушу или едешь верхом километров 16-20 через густой лес к разъезду Шутьма. Там оставляешь лошадь у знакомого, а утром в четыре часа вскакиваешь на поезд Свердловск - Пермь, который стоит всего несколько секунд.

Завхоз, тот самый, к вечеру взгромоздил на Бурана седло со стременами, я прикрепил шпоры, взял сумку с тремя булками хлеба для Бурана, нож на всякий случай и тронулся в путь.

Вначале все шло, как будто неплохо.

И одна лошадь в поле воин

И одна лошадь в поле воин

Часть 6. Выше меры и конь не скачет

Но только мы начали спускаться от села на дорогу, ведущую к лесу, Буран закапризничал. Зафыркал, отказывался идти от села, стал разворачиваться.

Я вначале пытался понудить его к послушанию поводьями. Не помогало. Тогда я, отчаявшись, нескольку раз ударил Бурана шпорами. И тут...

Буран встал на дыбы, тряс головой...

Седло внезапно поехало по крупу, и я оказался в глупом и нелепом положении. Левая нога в стремени, правая на седле, в руках поводья... Вешу я головой вниз, держась за поводья... Над головой копыта...

И - ничего не могу поделать. Ботинок застрял в стремени... И никого рядом...

Как уж я сподобился развязать шнурок на ботинке, выпростать ногу, и нога в носке - на жижу из осенней грязи...

Но повод в руках.

Ну и что дальше? Буран наотрез отказывался продолжать путь.

Привел я его в конюшню. Поправил седло. Взял в руки кнут...

- Иго-го! Иго-го!

А я бегаю вокруг, что-то кричу... И кнутом, кнутом...

Ехать-то надо. Первое в моей директорской практике совещание, зарплату нужно для всей школы получать, на улице скоро темень... Ехать незнакомой дорогой... какой там дорогой... Там и вытоптышей-то не отыскать.

... И вспомнил я пони. Какой у них характер. Как оказать на лошадку воздействие, стать главным. Стою, еле дышу. И вспоминаю. Как будто строчки читаю.

Часть 7. Заносчивого коня построже зануздывают

Главное, нужно стать для лошади его другом. А это нелегко. Лошади обладают сильным волевым характером. У них сильно развито чувство собственного достоинства. Те же пони - очень смелые и очень самодостаточные лошадки. Они живут своим умом, не терпят перевоспитания, нравоучений.

В силу волевого характера пони найти с ними общий язык, взаимопонимание не просто.

Это удается только тем, кто относится к пони с должным уважением, но демонстрирует ей свою доминирующую роль.

Тогда и только при этих условиях лошадь может стать верным, любящим и надежным другом.

Затянул ремень седла, вывел Бурана из конюшни. Дошел, ведя под уздцы жеребца до того злополучного места, осторожно, нащупав стремя, перекинул свое тело с дорожной сумкой в седло...

Перевоспитания Бурану хватило только на десяток шагов. Потом он стал забрасывать круп вправо, одновременно переступая ногами налево...

Я был к этому готов. Взмах уже не кнутом - нагайкой...

Буран осел... и стал медленно выпрямлять курс...

Так мы с ним и начали путь к леспромхозовскому разъезду Шутьма.

Я уже его не стегал. Хотя один раз это случилось. Буран стал опять хитрить - ну никак ему не хотелось уходить от конюшни, от любимой кобылицы на ночь. Нагайку я, успокоившись, спрятал в сумку. А он, бестия, обошел кустик и, притворившись абсолютно равнодушным к происходящему, уже развернулся почти на 180 градусов.

Узрев сие непослушание, я протянулся к кусту, оборвал сухую веточку и - стегнул жгучим прутом по крупу. Повод не понадобился. Буран пошел точно по обратному маршруту - к разъезду Шутьма. И потом, если мне нужно было вносить подобные коррективы, мне стоило только протянуть руку к кусту. Буран сразу же подбирался всем крупом, "ложился" на курс и семенил по только ему знакомым лесным пролескам.

Я чуть не прослезился. Какая же ты умница, Буранчик.

И все пошло, как и должно быть. Я нашел на разъезде место проживания. Отдал хозяину три булки хлеба. Бурану нашлось место в конюшне. Мне в избе хозяина. А рано утром я благополучно сел в проезжающий поезд. Обратный путь оказался совсем другим.

Буран летел сквозь кусты, огибая деревья, я, опустив поводья, мирно дремал.

Дорога домой, к своей конюшне... Дорога домой.

Мы научились дружить, любить, понимать, сочувствовать, помогать...

Дорога к разъезду

Дорога к разъезду

Почему же Буран так испугался и понес во время охоты на волков...

Которых, как бы, и не было.

Об этом позже.

А дальше - о приметах года Лошади по восточному календарю, о народных приметах по великорусскому словарю.

Завхоза я вскоре уволил. Седло не укрепил - раз. Шлею не затянул - два.

И вообще. Не нашенский он. Не молебский.

Кони сами знают сколько им до края.

И где тот край...

Спасибо пользователю Интернета pustinnik50 за видеролик: Владимир Высоцкий, "Привередливые кони"

1 1 1 1 1 1 1 1 1 1 Рейтинг 5.00 (2 оценок/-ки)

Вы не являетесь пока Членом нашего Клуба! И комментировать на сайте Вам пока не положено!